Перейти к содержимому

Garcev

Пользователь
  • Публикации

    1541
  • Зарегистрирован

  • Посещение

Все публикации пользователя Garcev

  1. Добрый вечер! Несколько странное описание к воротникам от куртки М4...
  2. Добрый день! Крайне редко теперь бываю с Сети, и на форуме в частности. Месяц — это слишком много. Примерно две недели, если нужно точно — поищу свой путевой дневник. В личке Вам ответил.
  3. Года три-четыре не был на форуме... Но новый сайт ушиб крепко, а где ещё выразить своё удивление? Ну, а раз уж зашёл, то как же не заглянуть в Курилку, поделиться чем-нибудь. Это было давно, 5 мая 2017-го. Копирую так, как публиковал тогда в ФБ. Может, пригодится кому такой опыт. ------------------------------------------------------------------------------------------------ «Именно весной медведь, лишённый свежей зелени, становится самым опасным хищником северной тайги...» © Михаил Кречмар «Мохнатый бог» Прошлый год на Каръязъярви был провальным. Гоняли штук двадцать уток по загубинам, пытаясь высмотреть селезня... да и рыбалка тогда не порадовала. Но в этом году на севере в майские праздники делать было просто нечего, ибо снега даже под Петрозаводском было по уши, и мы снова направляемся в Долину Смерти. Однако на Каръязъярви можно проехать только на снегоходе, и мы вспоминаем о „точке пересечения миров“, о которой я недавно рассказывал — о Куккозере. Озеро полностью покрыто льдом. Бедные редкие утки пытаются хоть где-нибудь приткнуться, хоть в какой-нибудь придорожной канаве. Чистой, открытой воды просто нет. Ну что же, раз мы „пролетели“ с рыбалкой и охотой на селезня... может, боровая? Поздно вечером одинокий тетерев подаёт голос в той стороне, где пять лет назад мы слышали хороший ток. Ладно, с утра походим по лесным дорогам, благо лесорубы некоторые из них зимой проходили КаМАЗом с отвалом, и они оттаяли. Мы с Вадимом берём свои стволы, а Сергей, приехавший ко мне в гости из Питера, рюкзачок с коробкой сухого красного вина и пармезаном — завтра в обратный путь, и крепкие напитки нам противопоказаны. Проходим мимо болота. Тетерев продолжает голосить. Вадим пытается пройти напрямую, а я отправляюсь по дороге в обход. Наши попытки, судя по всему, не остаются незамеченными и он замолкает... Пройдя по дороге ещё километра четыре мы поворачиваем назад и решаем подождать и перекусить у этого болота. Расположившись на обочине, мы громко перешучиваемся, смеёмся, Сергей начинает доставать из рюкзака стопки. В это время я слышу со стороны болота какой-то хруст. Обзор заслоняет ствол обломанного дерева, но между стволом и сломанной вершиной я вижу, как в нашу сторону быстро несётся что-то мохнатое, большое и светло-коричневое. Причём пеленг у него взят верный. Срабатывает рефлекс, и я ору во весь голос: — Ты куда это, гад?! А ну, пошёл отсюда! Медведь останавливается примерно в 20 метрах, но уходить не спешит. Не оборачиваясь, прошу Вадима: — Выстрели в воздух! Вертикалка грохочет и медведь кидается в сторону. Однако, отбежав метров сто, он снова останавливается и оборачивается к нам. Снова ору: — Я тебе сказал, иди отсюда! Хвост прострелю! Вадим снова стреляет в воздух и медведь быстро уходит. Всё, надо линять. Идём по дороге в ту сторону, куда убежал медведь, видим его следы, пересекающие наши и уходящие на другую сторону, и только тут у меня начинается что-то вроде мандража. Мы обедаем, и после небольшого отдыха решаем пройти про оттаявшей отворотке. Примерно через три километра натыкаемся на свежий медвежий след и решаем — хватит на сегодня приключений! Разворачиваемся и быстрым шагом идём назад. Однако буквально через 300-400 метров видим несущегося нам навстречу медведя. Гораздо крупнее и темнее первого. Опустив голову к земле и слегка наклонив её влево он несётся по нашим следам. На этот раз нам даже не успеть скинуть ружья с плеча и я опять ору: — Кому сказал, пошёл отсюда! Достали вы сегодня! Он поднимает голову и резко останавливается. До него метров 30, он пролетит их за пару секунд. Но что-то в его голове срабатывает, он поворачивается вправо и перелетает сугроб на обочине. И всё. И пропал. Редкая поросль осины и ольхи на месте вырубки, снег, видимость с километр, но этой тёмной туши нигде не видать! Вечер совсем уж перестаёт быть томным и мы с ружьями наизготовку, постоянно оглядываясь, быстрым шагом направляемся к лагерю. Хотя что могут сделать этой машине „тройка“ 12-го калибра и биатлоновский патрон?...
  4. Добрый вечер! Зашёл в личный кабинет (нужно было уточнить по последнему заказу) и чуть кондратий не хватил... История заказов и спиок мечт перенесётся в будущем со старого сайта или жизнь начинаем с чистого листа? Номер дисконтной карты неизвестно какой, поправил, скидка всё равно 0%. Навигация и т.п. — это дело техники, правится по ходу. Больше всего пока интересует наследственность.
  5. Garcev

    Юмор

    Наверное, всё же в юмор, хотя кому-то это смешным и не покажется. У тех прошу прощения заранее. Не особо увлекаюсь добычей дичи с помощью разнообразных ловушек и капканов, разве что зайчика да нутрию... Но представление в общих чертах об их разнообразии и конструкции имею. Несмотря на это, заказал я на Озоне книжку „Умные охотничьи самоделки. Это просто!“ — знаний лишних не бывает, а что же у умных людей не поучиться полезному... Примитивизм изложения слегка насторожил, а отсутствие графических иллюстраций конструкций некоторых ловушек расстроило. Ну, да ладно, всё понятно — „авторы“ перелопатили журналы и другие книжки, скомпилировав некое пособие. Но пара охотничьих приёмов меня так поразили, что не могу не поделиться: Вдруг кому-то пригодится, когда придёт белый и пушистый... Привожу дословно, с сохранением стилистики. .1. Способ, при котором птица ловит охотник, голова которого замаскирована тыквой, называется «ловлей на тыкву». Применяется для ловли на воде. На голову надевается сухая пустотелая, с небольшими отверстиями для глаз тыква, и вокруг разбрасывается ещё несколько штук, для отвлечения внимания птицы. В таком обличье охотник должен подплыть к стае водоплавающих птиц и схватить их под водой за лапы. Если вода в водоёме холодная, охотник может укрыться в шалаше, сплетённом из веток. При этом птицу придётся добывать при помощи лассо, палок и другого подручного материала. 2. Морских и водоплавающих птиц можно ловить «на бутылку». Для ловли таким способом необходимо бутылку заполнить наполовину водой и укрепить на её горлышке несколько петель, замаскировав их ветками. Бутылку привязать к берегу прочной леской и отпустить «в плавание». При попытке сесть на бутылку птица может угодить лапой в петлю. Что-то как-то на ум сразу пришёл недавний гадский праздник с почти матерным названием... точно, в перечне использованной литературы значится книга Кэри Банкса „Путь ковбоя“. Всё, плету лассо, буду учится птиц ловить. Сначала на соседских гусях потренируюсь. А как подумаю, сколько я стеклотары даром выкинул...
  6. Garcev

    Юмор

    На тему дня ВКС. Баян нагло утянут из ФБ. - Ключъ настард протяшко адин! - Прятяшко первый нах! - Аземуд тризта! (в этот момент половина компьютеров Пиндагона начинает дымиться) - Баигалоффко гатов! (все полиглоты Омерики роются в словарях) - Афтар, жги! - Пашол! - Ну че там? - Писят сикунд палет намана. (пиндосы ищут на часах цифру "писят") - Где летим? - Над Хобаровзгом! (Google Maps закрываются на профилактику) - Скороздь? - Пицот! - Зачот. - Где ща? - Пралитайэм акийан (все географы Соединенных Штатов Пиндостана рвут карты и волосы на жёппе) - Чо как? - Нидалед. - Низачот. - Ну, ниасилели. - Фсем превед. Несмотря на "нидалед", вера в собственные возможности "Пиндагона" подорвана бесповоротно. Джордж Буш просит у Сената два квадриллиона долларов на новые компьютеры и щоты. Америка в трансе. Русские победили.
  7. Garcev

    Юмор

    Превратности навигации... А ходит этот бедолага под флагом Нидерландов.
  8. Garcev

    Юмор

    Ну, если верить Полу Андерсону, то их штаб-квартира на Камчатке. За рулём, случайно, не Элис была?
  9. Garcev

    Юмор

    Утащил картинку, попробую сделать наклейку...
  10. Что такое балаклава Как город в Крыму стал головным убором. Слову «балаклава» больше сотни лет. Разумеется, город в Крыму, а ныне один из районов Севастополя, получил свое название (от турецкого «рыбье гнездо») гораздо раньше – в XV столетии. Но, если спросить, скажем, британцев, что такое balaclava, то большинство ответит: вязаный шлем, закрывающий шею. Этот головной убор популярен среди военнослужащих, спортсменов, а с недавних пор – в связи с акцией Pussy Riot – и среди радикальных панк-феминисток и тех, кто их поддерживает. Но при чем тут предместье в Крыму? В Крымскую войну 1853–1856 годов Севастополь упоминался в прессе чаще, чем сегодня Багдад или Триполи. А осенью 1854 года весь мир узнал и о Балаклаве: 25 октября в окрестностях города атака знаменитой Легкой бригады англичан на русские укрепления обернулась тяжелым поражением, элитные части британской кавалерии понесли катастрофические потери. Плачевно в том году обстояли дела у английских войск и со снабжением – совсем тяжело пришлось солдатам и офицерам с наступлением зимы. Вязание теплых вещей в пользу фронта стало тогда хорошим тоном в лондонских гостиных, и особенно эффективными оказались шлемы с прорезями для лица. «В последующих войнах, которые вела Великобритания, эти шлемы уже назывались балаклавами, и спрос на них был весьма высок», – отмечает Линда Ньюингтон из Саутгемптонского университета. Страница из английского пособия по вязанию времен Первой мировой войны. А в конце ХХ века круг замкнулся: «рыбьи гнезда» стали носить на голове бойцы российских подразделений специального назначения – так турецкий топоним, позаимствованный англичанами, вернулся в новом значении в русский язык. National Geographic:
  11. Немного о снаряжении. В принципе, всё сплавовское снаряжение видно на фотографиях и опознаваемо. Под маршрутным костюмом „Panzer Super Light“ — термобельё „Arctic“ (в воде и на воде) или „Active“ (в остальное время, когда Арктик сохнет). „Супер лайт“ ещё раз подтвердил свои замечательные свойства — прочность, лёгкость и очень быстрое высыхание. В кармане анорака постоянно лежал фотоаппарат Pentax Optio WG-1, в том числе и под водой, когда мы шли по Талой. Нижнее бельё Comfort Merino wool — замечательная штука! Рюкзак Terrain Light 120 вместил вещи двоих человек, палатку, коврики и спальники. Спальник Trial Light, кстати... В очередной раз спасала рюкзак от воды хронически отсутствующая в продаже накидка из тафеты. Вот что я сразу несколько штук не взял?! В качестве радиального и для ручной клади в аэропортах использовался „Self-pocket“ — это вообще наиболее часто используемый мною рюкзак, особенно на охоте. Палатка Targus-2 первой версии. Однажды утром я обнаружил, что петля оттяжки на козырьке „распустилась“ Что ещё... Коврики Surfing Mini, пончо, шляпы с накомарником, гермы компрессионные, гермопланшет. Особо хочу отметить гермосумку „Duffel“ — очень прочную и вместительную. Для подзарядки аккумуляторов спутникового телефона, фотоаппаратов и т.п. был взят накопитель на сменных Li-Ion аккумуляторах „Вампирчик-Цифра“ и универсальный зарядник типа „Лягушка“ для Li-Ion аккумуляторов 3,7 В. Сам накопитель сначала подзаряжал от солнечной батареи, но потом солнце пропало. Впрочем, ёмкости аккумуляторов накопителя хватает надолго — четыре зарядки аккумулятора фотоаппарата разрядили накопитель всего на 40 процентов (у накопителя есть микропроцессор с индикацией режимов). Через автомобильные ЗУ от солнечной батареи подзаряжались так же мобильные и спутниковый телефоны. --------------------------------------------------------- А теперь антиреклама — не берите вот эту тушёнку! Мяса едва 50% от объёма, а состав — УГН СПХ. Хорошо, что мы только две банки взяли на пробу.
  12. Не успели мы в Дудинку съездить... там как раз день города был, но нам улетать на другой день утром надо было... Ничего, через пару лет есть мысль всё же на Собачье попасть, глядишь — и в Дудинку сложится попасть.
  13. Нет, не праворулька. Если память не подвела — фольксваген. Кстати, я там обилия праворулек не заметил, в отличии от Иркутска, например.
  14. Пасмурное утро по мере нашего приближения к Норильску сменилось солнышком, ветер стих и Таймыр подарил нам последний подарок. Идти по Норилке было сплошное удовольствие — по течению, полный штиль, солнышко согревает озябшие тела... Но по поверхности плывут в изобилии крупные шмели, вероятно, не выдержали похолодания. Добравшись до гостиницы и заинтересовав администратора своими бородами и мокрыми костюмами, закупили юколы из оленины, нефильтрованного «Золота Путоран» и по очереди отогревались в ванне. Горячая ванна — это неимоверный кайф после всего перенесённого! Оставшиеся дни посвятили Норильску. Мы всё-таки увидели северного оленя! Я впервые увидел тротуары шириной с проезжую часть. Я обещал рассказать о такси в аэропорт. Самолёт вылетал из Алыкеля в 8:40, ехать туда примерно минут 30-40. Разумеется, приехать надо заранее, чтобы успеть не только пройти регистрацию, но и сдать в САБ ружьё, тоже процедура не быстрая. Была мысль приехать в аэропорт с вечера и ночевать там, но администратор гостиницы „Норильск“ нас отговорила: — Что вы волнуетесь? Закажите такси, они за вами в 5 утра приедут. Звоним диспетчеру: — Хотим на утро такси в аэропорт заказать. Но нам бы пораньше... — Такси или маршрутку? Какой у вас номер рейса? Где живёте? Какой номер? Телефон в номере есть? Тогда давайте сотовый... В 5:40 подойдёт зелёный фольксваген. И не волнуйтесь — диспетчер вас разбудит заранее! Мы не первый год работаем. В 4:45 диспетчер нас разбудила. Ровно в 5:40 подошёл микроавтобус, водитель сам погрузил вещи. Потом мы поехали по адресам собирать остальных попутчиков. Никого не пришлось ждать, все выходили к назначенному времени, никаких задержек! Такой чёткой работы и такого сервиса я давно не встречал. И последнее. -------------------------------------------------------- «Островитяне. Норильчане всегда были ими. Островитяне Заполярья. Что уж тут поделать, если в края сии „только самолётом можно долететь“... Островная психология, подогретая социалистическими призывами и задачами Партии, стала неизбежным атрибутом повседневной жизни северян. Эта пресловутая „северная психология“ была объектом восхищения и насмешек, хвастовства и ностальгии, источником казусов и слухов, легенд и баек про некую особенность норильчан. О ней рассказывали детям и внукам. О том, как люди занимали деньги в московских аэропортах и вокзалах по первой просьбе страдальцев-земляков, до последней копейки потратившихся в длинных отпусках. Как забывали об этом факте, а потом, нежданно-негаданно, раздавался звонок в дверь и происходил возврат „отпускного долга“. О привычке заваливаться в гости настолько поздно, что уже и времени на сон у хозяев не оставалось... О скорости уличного разговора, якобы рождённой жуткими морозами, не позволяющими на промёрзших городских улицах раглагольствовать „за жизнь“ часами. О многочисленных землячествах норильчан, организованных в разных городах России и зарубежья, о том, что большинство уехавших „на материк“ так и не нашли своего счастья в новых для них землях» Вадим Денисов, «Остров. Таймырский транзит» Нас убивает Москва Самый сложный участок маршрута — это день в Москве, в ожидании вечернего поезда до Петрозаводска. Улетая из Алыкеля во время снега с дождём при +2, через четыре с половиной часа очутиться в жарком, душном городе с жуткой энергетикой, алчными милиционерами, московско-таджикской речью на улицах при +31 в тени — это страшное дело, скажу я вам... Сразу захотелось обратно в Норильск. Но судьба и здесь от нас не отвернулась! Нагруженные рюкзаками и остальным снаряжением, пережив поездку в метро, мы с трудом ввалились в двери Ленинградского вокзала. Увидав на мониторе ствол, безопасность сразу вызвала милицию. Красивая девушка в форме отвела нас на пост и попросила показать разрешение и паспорт. — Пожалуйста. Смотреть ствол будете? — Надо бы... — Ну, тогда давайте ножик — на чехле стоит пломба САБа. (клипса моего ножа нагло светилась на кармане, но тут дело принципа!) Девушка улыбнулась. — Что-то вы не по погоде одеты... — Так мы только с Таймыра прилетели, там снег с дождём... — Правда?!!! А откуда?! — Из Норильска. — Ой, а я из Кайеркана! Ну, и что там нового?! — Гм... Да мы сами не местные, возвращаемся в Карелию... Всё. Ружьё было напрочь забыто, пошли расспросы, вопросы, воспоминания... — А на Ламе были? — Да нет, мы до Глубокого ходили. — А я до сих пор помню, как мы на Ламу ездили на катере, жили в избушке... — Сейчас вода большая, на Ламу слишком много людей ездит. Нам хотелось на безлюдье. — Ну, и как вам наши люди? Рассказали про встречу на Муксунке. — Во-от, (с искренней гордостью) у нас все там такие! (и очень грустно) Я года три как оттуда уехала, как же не хотелось уезжать... А здесь люди такие мелочные... Прямо не передать словами, как нас порадовала эта встреча — словно повстречали родного человека. Когда мы после прогулки с ружьём по Москве и обеда в ресторане Колбасофф вернулись на Ленинградский вокзал, оператор на просветке опять сделал стойку. Но подошедший охранник нас узнал: — Вы же уже проходили! (И оператору) Они уже были, Женя их проверяла, всё в порядке!
  15. Двое против ветра, и брызги в лицо 4 августа. Ясно, ветер свежий, баллов 5. Устье Муксунки отделено от Глубокого мысом, и волна в заливчике небольшая, до полуметра. Но что будет в озере? И самое главное — ветер имеет всё то же направление, как и всегда — в морду. Однако идти надо. В 13 часов таймырского времени отправляемся в обратный путь. Решаем идти сразу до „Yellow Submarine“. В озере встречная волна, балла 3 - 4, но хуже всего ветер — брызги от волн, и мы мокрые по уши. А погодка-то не жаркая... Идём как можно ближе к берегу, там потише. Фотографировать некогда, только в заливчике снят небольшой ролик. Наконец, примерно в 23:30 по таймырскому времени мы подошли к заветному домику. Руки от вёсел приходится освобождать чуть ли не зубами, пальцы не разжать. Заходим в дом и пытаемся разжечь печку, она жутко дымит, но в конце концов разгорается. Приступить к разгрузке байдарки мы не можем, ещё примерно полчаса колотит жуткий озноб, руки трясутся над печкой, от одежды валит пар. Итого за день мы прошли в шторм против ветра и волны 30,5 км, 9 часов непрерывной гребли со средней скоростью 3,3 км/час. На другой день отсыпаемся. От вчерашнего шторма никаких следов — тихо, мокро, безветренно. Решаем сделать короткий переход до избушки „5 звёзд“ и отдохнуть там, это уже почти выход из Глубокого. На ужин снова поймали трёх гольцов, но т.к. подсолнечное масло закончилось, запекаем их в фольге на печи, по 15 минут с каждого бока. Получилось просто отменно — голец в собственном соку. Вечером начался дождь, ветра нет, всё вокруг беспросветно затянуто. Но под утро поднялся ветер и дождь постепенно утих. Про направление ветра говорить, думаю, смысла нет — привычный вмордувинг. На Мелком свежий ветерок, небольшая волна. За 5,5 часов прошли 32 км, на реке Глубокой разгонялись иногда до 14 км/час. На острове Колхозник обнаружили избу, забили в навигаторы как „Дворец колхозника“. Дорожка, присыпанная галькой, оборудованный родник, на двери в комнату висит табличка „Начальник отдела по работе с персоналом“. Чайник, сваренный из нержавейки, имеет весьма солидный вес даже пустой, без воды. В углу сложено постельное бельё! В общем — дворец! Прощальный взгляд на Сундук, и вперёд, на базу МЧС. По Талой прошли быстро, несмотря на сильный встречный (а какой же ещё!) ветер, на перекатах разгонялись до 19,7 км/час. Вышли в Затон, слева обнаружилась избушка, первая, где было весьма намусорено — бесхозная, да и город недалеко, километров 20. Но кто умудрился припереть в неё чугунную ванну?! И вот тут начались странности... точнее нет, странности начались ещё на базе МЧС. С собой был взят авторегистратор KAPKAM, всё же ролики он пишет лучше, чем мой Pentax. И вот внезапно, исправно отработав все предыдущие дни, он отказался писать на карту, утверждая, что она заблокирована. Не помогало ничего. Потом то же самое стал заявлять и мой неубиваемый Pentax, но того удалось убедить, что это не так. И тут на сцену выступил Garmin Oregon-450 — при включении он стал выдавать предупреждение, что не поддерживает интерфейс подключенного к нему устройства. Разумеется, ничего к нему подключено не было. Но он, по крайней мере, работал и на высоту полёта это предупреждение не влияло. Перед сном я вышел из избушки подышать свежим воздухом. Небо чистое, довольно светло, сильный ветер. Внезапно прямо над головой, по ощущениям — очень низко, что-то невидимое пронеслось с огромной скоростью в сторону Затона со звуком, напоминающим вибрирующий звук пролетающего бумеранга. Никакого механического гула, только звук разрезаемого воздуха. Причем очень громко, но небо было абсолютно пустым. Легли спать, внезапно в голове резко ослабло давление, как будто лопнула мембрана, и мы уже вдвоём услышали над избушкой тот же самый звук, перекрывший свист ветра, что-то так же с огромной скоростью пронеслось опять в сторону Затона. Прилетало всё это дело примерно со стороны заброшенной воинской части неподалёку... ------------------------------- Окончание следует.
  16. «Тень облака летящего над тундрой. Тень птицы пролетающей над тундрой. И тень оленя, что бежит по тундре. И рядом с ними собственную тень» Александр Городницкий, «Тени тундры» А вчера на вечер была тушёнка из оленины. А сегодня на берегу рядом с избушкой свежий след оленя. Это был дух того, вчерашнего? Хорошо, что нет тушёнки из медвежатины... Сегодня у нас банный день. Побросав блесну и выловив трёх гольцов на обед, он же ужин, затопили баню. Моросит мелкий дождь, очень сыро, поэтому воду придётся греть не на костре, а на печи. А это часа четыре, за это время успеваем пожарить гольцов. Опять летала вчерашняя „вертушка“, на этот раз в другую сторону, в горы. Не иначе, мужики в белых штанах снимали вторую серию... На обратном пути снова, как и вчера, низко прошла прямо над нами. Может быть мы уже вошли в сюжет? Завтра в обратный путь.
  17. Пройдя примерно 5 км мы вышли к водопаду. Пока мы ползали по скалам, фотографируя водопад, из-за деревьев вынырнул небольшой вертолёт, сделал круг над водопадом и сел в тундре чуть ниже по течению. Вскоре на противоположном берегу показались три мужика в белых штанах (!), с кинокамерами на плечах, и начали спускаться к воде. Вот так... тут две недели против течения и ветра, а кто-то днём сел в Норильске в вертолёт и через час-два уже на водопаде... в белых штанах. «Не понять им, живущим в квартирах»... Обратно по Муксунке прошли быстро, кое-где скорость достигала 14,2 км/час.
  18. Идём по сопкам вдоль Муксунки. Вокруг тундра, лесотундра, узкая полоса более-менее плотной тайги видна ближе к горам. Ветер, который задувает на озере, здесь почти не чувствуется. Изредка попадаются подосиновики, подберёзовики — в итоге тушёнка вечером будет заменена грибным супчиком, да погуще. «Из под снега нарою морошек, отогрею и высосу сок» © Запись в журнале: «2 августа. Сегодня собираемся пройти вверх по Муксунке до Дынкенгды, попытаемся пройти к водопаду. С собой берём только документы и съестное. Очень холодно, ночью замёрзли. Днём термометр в часах показывает всего 10,4 градуса» На Муксунке течение небольшое, только встречный ветер. Дынкенгда, приток реки Муксун, течёт с гор и впадает в неё целым веером рукавов. Мы знаем, что километров пять выше по течению Дынкенгды есть водопад, и к нему идёт тропа. Но как её найти? Идём вдоль берега, ищем следы высадки людей. Ни перед Дынкенгдой, ни после мы ничего не находим. Впереди к острову приткнулся водомёт, один из двух, прошедших мимо нас вчера. Подходим к нему, я поднимаюсь на обрыв и иду на голоса. За столом сидит компания и обедает. — Добрый день! Приятного аппетита! — А мы и не слышали, как вы подошли... — Да мы на байдарке... — Так садитесь за стол! — Спасибо, ребята, но... мы хотим к водопаду на Дынкенгде попасть. Вы не подскажите, где тут тропа к нему? — Конечно! Эх, отсюда её не видно... Вон те лиственницы, но вы не найдёте. Знаете что? Грузите свою байдарку на катер, мы отвезём! — Ох, это слишком сложно — её сдувать-надувать, а целиком её никак, она у нас шесть метров длиной. — Ну, тогда выходите за остров, на фарватер, мы сейчас! Проведём вас. Выходим на фарватер. Володя и Виталий (мы познакомились) заводят свой катер и медленно идут впереди, показывая дорогу. Наконец, когда глубина уже стала стремиться к нолю, они приткнулись к островку, мы рядом. Посидели у них на катере, приняли по стопочке, отогрелись. — Вон на том высоком берегу, за ручьём, начинается тропа. Там сначала болото будет, метров 500, потом вы её увидите. Водопад издалека слышно, не заблудитесь. Главное, идите всё время по направлению к тому распадку. А то тут один деятель завёл группу... Знаете что?! Возвращайтесь потом к нам! У нас и избушка тёплая, и поедите. Мы завтра уедем, а вы оставайтесь! — Спасибо, но у нас там в избушке вещи остались... — Да здесь хоть на берегу вещи сложи — никто не возьмёт! У нас такого нет! А мы завтра вас подкинем к вашей избушке! — Спасибо... но мы сегодня баньку хотели... Тепло прощаемся и обмениваемся телефонами. Поразительно — мужики бросили обед, остальную компанию, завели свой немаленький катер, чтобы показать двум гостям Таймыра тропу к водопаду! — А тут недавно фильм снимали, на Дынкенгде — «Территория». Вроде там Пореченков играет... На вертолётах им туда снаряжение и еду возили. ------------------------------------------------ Продолжение следует.
  19. К утру ветер подтих. Вода у берега совсем мутная, и рыбалка не приносит никакого результата. Конфигурация берега за ночь несколько изменилась — прибоем намыло косы, там где мы вчера причалили — теперь узкий заливчик, отделённый от озера тоненькой песчаной косой. Решаем пройти берегом Муксунки, оценить обстановку. Идём по берегу, среди плавника замечаем что-то красное. Флакон красного Gardex`а, и даже не пустой! Убойное средство против мошки и комаров. Сразу вспоминается поиск артефактов в «Heroes of Might & Magic» — какой там артефакт увеличивал атаку и защиту героя? Из узкой протоки вылетает утка, вскидываю ружьё, но замечаю юркнувших в траву утят... Увы, но на вечер опять будет тушёнка. Это закон подлости — уток с выводками бить не будешь, а селезни пролетают в пределах видимости только тогда, когда ружьё остаётся в избушке. А уж если ты гребёшь, да ещё в свежую погоду — тут над тобой сразу летают целые табуны селезней, жирные гуси, летят неторопливо и чуть ли не гадят тебе на голову. Когда мы на обратном пути выходили из озера Глубокого в реку Глубокую, штук 7 уток выстроились в ряд на воде метрах в десяти от нас и с интересом наблюдали, как мы прём поперёк течения к подветренному, как нам казалось, берегу. На берегу тихого и красивого заливчика, куда впадал небольшой горный ручей, стоит аккуратная изба. Внутри чисто и полный порядок, на берегу вокруг никакого мусора, туалет и ещё какая-то постройка на берегу. Баня... а мы уже две недели в пути... но раз просят не трогать — не будем. Впрочем, Таймыр опять сжалился над нами, и мы нашли баню на обратном пути метрах в 100 от „нашей“ избушки, за пригорком. Хочу ещё сказать пару слов о встреченных нами избушках. Сколько мы ни разговаривали с встреченными нами людьми, все они называли эти строения просто „избушки“ — летняя избушка, зимняя избушка. В отличии от Тунгуски, где такие постройки называли „зимовьё“. Как и везде по Сибири, в общем. Но там они в основном рубленные, а на Таймыре с лесом не так хорошо. Из хвойных — сосны вообще нет, немного ели, а в основном лиственница. И второе — практически возле всех избушек, где мы останавливались, были построены туалеты. Даже если эта изба производит впечатление заброшенной. Вот не помню я туалетов возле зимовьёв на Тунгуске... может, возле базовых промысловых избушек они и есть, не знаю. Прямо на голову пикирует чайка, и не успокаивается, пока мы не уходим от избушки. Перебираемся через небольшой приток Муксунки и по его берегу возвращаемся к реке. Довольно часто встречаются курумник. --------------------------------------- Продолжение следует.
  20. Останавливаемся почти в устье реки Муксун, в избе, перед которой сделан ещё и навес — и это очень кстати. «Берег скелетов» К вечеру ветер стих, на ужин поймали пару гольцов. А ночью ударил шторм. ---------------------------------------------------------- Продолжение следует.
  21. «Дикие горы тысячеметровой высоты с белыми шапками вечных снегов в провалах ущелий, где рождается и слетает длинными водопадами кристально чистая вода, следили за продолжением одним им памятной истории, в которой люди появлялись и исчезали, что-то искали, находили, уходили домой или оставались здесь навсегда, вливаясь своими истлевшими телами в бесконечный круговорот живой и мёртвой материи» Вадим Денисов, «Озеро. Вас убивает Таймыр» Чьё-то „место медитации“ на берегу, возле полузапертой избушки. Вообще, очень сильно чувствуется аура строений. У некоторых еще на подходе начинаешь ощущать дискомфорт — вот два ворона взлетели, а там мотолодка полузатопленная, да и окна закрыты железом… Точно — висит замок. А некоторые хоть и закрыты, но открыть в принципе можно. Только зайдя внутрь, сразу чувствуешь — здесь посетителям не рады. Тогда уходишь искать другое пристанище.
  22. Но! Самый первые гольцы пошли на сугудай. «Сугудай все люди готовят по-своему. Наверное, это блюдо отражает характер человека. По нему можно даже гадать и предсказывать судьбу. В целом, это — нарезанная кусками маринованная рыба с добавлением определённых ингредиентов. Главное — рыба должна быть свежевыловленной. Как и шашлык, сугудай — один из самых древних и самых вкусных кушаний. Приготовление сугудая, как и шашлыка, — сложный языческий ритуал. Действо, в результате которого получается или сугудай, или никуда не годная туфта, подлежащая немедленной утилизации. <…> Лучшая посуда для сугудая — эмалированная. Размер кусков — в два пальца. Лук, как и в шашлыке, непременно — кольцами, хотя некоторые пропускают через мясорубку. Для маринада применяют различные окислители, от уксуса до сухого вина и коньяка. <…> Соль, чёрный перец добавлялись обязательно. Многие, и Сержант был в их числе, смягчали блюдо растительным маслом (лучше оливковым). Некоторые извращенцы добавляют чеснок. После смешивания в посуде сугудай остаётся созревать, ферментироваться какое-то время и — на стол! Тонкости заключаются в пропорциях маринада, а также во времени выдержки — от пятнадцати минут до трёх часов, кто насколько сыроед. В некоторых компаниях в ритуал входит постоянное потрясывание закрытой кастрюли в течение всего времени созревания, для чего участники сменяют друг друга, попеременно рассказывая анекдоты — для лучшей вибрации. Всю эту красоту нужно есть не торопясь, выхватывая из общей посуды лучшие куски руками, красными от постоянных шлепков соседей по столу» Вадим Денисов, «Озеро. Вас убивает Таймыр» За неимением более подходящей посуды, мы делали сугудай в котелке из нержавейки. Отдохнув и восстановив здоровье почти до зелёной отметки, мы пошли дальше. Погода остаётся прежней — дождь, холодно. Пройдя всего 8,5 км, решаем остановиться в избушке с яркой жёлтой крышей, получившей прописку в наших навигаторах под названием „Yellow Submarine“. Запись в журнале: «30 июля, среда. Дождя нет, но задул свежий ветер с запада. Прошли Сундук, в просвет между горами поймали спутник. Жена прислала прогноз до 2-го числа — ничего радостного. Ночью +1 +3, днём аж до +14» Все избушки по берегу заняты, встать негде. На противоположном берегу, примерно на 8 часов от курса, замечаем яркое зелёное пятно строения. Пересекаем озеро по диагонали носом на волну. Избушка оказалась закрытой на замок. Опять на противоположном берегу, немного дальше той точки, откуда мы ушли, в бинокль видим группу строений турбазы. Пересекаем озеро ещё раз, на этот раз почти лагом. Байдарку всё время сбивает вправо, гребём только правыми вёслами (наутро правую руку — плечо, предплечье часто сводит судорога). Из трёх домиков только один, средний, оказался открыт — ночуем в нём, кто на скамейке, кто на полу. Хорошо, что там была печка… Итого за день прошли 21,03 км.
  23. Идём вдоль правого берега озера. Тучи можно достать рукой, постоянно идёт дождь. Температура воздуха около 12 градусов. Окончательно промокнув и замёрзнув, начинаем искать пристанище — избу, т.к. возиться с палаткой и костром под дождём нет никакого желания, да и высушиться бы не мешало. Но берег пустынный, никаких построек. И вот, когда мы уже были готовы совсем отчаяться, случайно обернувшись я замечаю в просвет между деревьями крышу! Эта изба буквально вернула нас к жизни — предельно вымотанные после перехода по Талой и Глубокой мы решаем пару дней отдохнуть, залечить раны и мозоли, отремонтироваться. В избе две комнаты, в спальне тоже стоит печка. Кстати, избушка очень хорошо укрыта на берегу. На обратном пути, уже зная точные координаты и место, мы определили, что видно её со стороны озера только из одной точки, буквально секунда — и всё! Уже на берегу выяснилось, что к ней есть ещё удобный и более близкий подход со стороны неприметного заливчика, который тоже не сразу обнаружишь. Не иначе, Таймыр сжалился над двумя отмороженными карелами… На наших навигаторах эта избушка обозначена как „5 звёзд“. Как вы думаете, что бы это значило? В качестве производных в нашу терминологию теперь вошли слова „рудослив“ и „рудосброс“ — кто в теме, тот поймёт! Только отогрелись, поели и легли поспать, как услышали какой-то шум и голос: «Люди! Мне сказали покричать, чтобы не пальнули случайно…» Перед избой стоял какой-то мужик. — Так это мы вашу избушку заняли? — Не, хозяин вон там, сейчас подойдёт. И он кивнул головой в сторону заливчика. — Да вы не беспокойтесь! Только помогите печку выгрузить, тяжёлая, зараза. Из камазовского ресивера мужики сварили… Подошёл хозяин. — Привет, мужики! Отдыхайте, отдыхайте, мы сейчас уедем, только печку выгрузим. Надо в спальне заменить. Вы что, на вёслах сюда пришли?! Выгружаем печку и вчетвером с трудом затаскиваем её в избу. Затем переносим с катера-водомёта рулон железа и кладём его за избой. — Медведь, зараза, сначала в окно залез в первой комнате, потом стенку в спальне развалил за самой печкой, надо железом обить. Вы только съестное не оставляйте. Собрав в мешок оставшийся от предыдущих „постояльцев“ мусор и бутылки, мужики ушли в Норильск. «Ах, таймырский голец, уже набравший жира (то есть килограммов пяти-шести весом и более), слабо посоленный и слегка подвяленный! Как пикантен и нежен он на вкус, как тает во рту! Не ел я вкуснее рыбы в своей жизни (а уж какой рыбы я только не ловил, какой только не пробовал!). Ведь это, в сущности, та же самая сёмга, её, так сказать, азиатский вариант. Один из моих друзей называл таймырского гольца (моего посола и приготовления) абсолютным продуктом, что же, так оно, пожалуй, и есть. (Разве только крупная красавица нельма может по вкусу сравниться с гольцом)» Евгений Вишневский, «Нас вызывает Таймыр?» Озеро хоть и называется Глубокое, но на самом деле в 20 метрах от берега глубина примерно 2-3 метра. Гольца ловили почти у берега, забрасывая светленькую колебалку не далее 10 метров. Трёх-четырёх рыбок было достаточно для ужина, он же обед. Голец вкусен в любом виде — жареный на сковородке, а когда кончилось подсолнечное масло, то и запечённый в фольге на печи. Юколу мы сделать не успели. ------------------------------------------------------------- Продолжение следует.
  24. Продолжение. ------------------------------------------------- «Разыгралась в тайге непогода, Здесь в июле с погодой беда» Алексей Кортнев, «Снежинка» Собираемся в путь. Тучи низкие, солнца не видно. Спутниковый телефон Thuraya впервые отловил спутник, сигнал очень слабый, но удалось отSMSсить. На берегах Колхозника еще кое-где в низинах снежники. На реке Глубокой течение не такое сильное, как на Талой, большую часть пути идём на вёслах. Но на перекатах и на стремнинах опять впрягаемся. Берега тоже глинистые, чуть дальше от воды — сплошной ягель с багульником, палатку поставить опять проблема… Костёр тоже приходится разжигать на самом берегу. На противоположной стороне изба, но на форсирование реки против течения сил уже нет. На самом берегу полно дикого лука, сидим и занимаемся травоедением. С проходящей мимо в сторону Глубокого моторки машут руками и кричат: «Привет, Карелия!» Та-ак, кажется мы приобретаем известность… Наутро продолжаем пробиваться против течения и ветра в сторону озера Глубокое. Горы всё ближе и ближе. Справа на фото — гора Сундук. Вот и выход в озеро! Перед нами Сундук во всей своей красе. Запись в журнале: «27 июля, воскресенье. Вчера вышли в оз. Глубокое, ухайдаковшись до смерти. Прошли 16,09 км, ходовое время 4 часа. Часто отдыхали. Песчаный пляж, чёрный песок. На песке следы оленя и медведя. У палатки оторвалась петля оттяжки. Израсходовали 2 литра водки». --------------------------------------------- Продолжение следует.
×
×
  • Создать...